Запоздалый арест газелей

Лукин занимается перевозками на газелях. В мае 2014 года к нему приходят судебные приставы и забирают две газели за долги по налогам. Предприниматель недоумевает: долги у него действительно были, но он погасил их ещё в 2013 году. А газели вообще находятся в залоге у банка.

Лукин разбирается с арестами. Выясняется, что питерские приставы затянули с документами: долго искали имущество, передавали друг другу бумаги и объединяли исполнительные производства по мелким долгам в одно крупное дело. За всей этой бумажной волокитой они упустили момент погашения долга.

Лукин идёт в суд и относительно малой кровью признаёт арест газелей незаконным. Но из-за той же бумажной волокиты приставы возвращают газели только в 2015 году: первую — в апреле, вторую — в мае. Лукин не желает мириться с такой халатностью и хочет, чтобы ему компенсировали потерянную прибыль за весь год простоя газелей.

Лёгкая победа над системой

В 2017 году Лукин подает в суд на Федеральную службу судебных приставов. Он требует компенсировать ему упущенную прибыль в сумме 1 800 000 ₽ плюс 23 000 ₽ — расходы на эксперта, который посчитал убытки.

Упущенная выгода — это неполученные доходы, которые человек упустил из-за чужого нарушения. Нарушитель обязан возместить всю упущенную выгоду. Если этот нарушитель — государство, оно возмещает деньги из казны (ст. 15 и 1069 ГК РФ).

В заседаниях Лукин объясняет, что зарабатывает на перевозках. В 2011 году он купил в кредит первую газель, а в 2013 — вторую, тоже в кредит. Из-за ошибок приставов он лишился прибыли за весь 2014 год. Предприниматель показывает выписку по счёту за предыдущий 2013 год с доходом больше 2 000 000 ₽ и договоры с заказчиками. По заключению эксперта, упущенная прибыль на перевозках за год — 1 800 000 ₽.

Три судебных пристава, которые напортачили с арестом, являются участниками дела, но в суд не ходят. Юристы из службы судебных приставов вяло оправдываются и даже не пытаются пересчитать размер убытков. Объяснения Лукина и расчёты эксперта кажутся суду убедительными —  предпринимателю присуждают всю сумму, которую он просит, плюс компенсацию расходов на эксперта.

Юристы службы судебных приставов подают апелляционную жалобу. Они объясняют, что арестовали машины, потому что предприниматель долго не гасил долги, хотя знал, что дело уже у приставов. А сейчас он ходит по судам и нагло обвиняет приставов во всех грехах. Да и 1 800 000 ₽ — это неоправданно много, не верим мы в  эту сумму. Апелляция проверяет дело, но оставляет решение в силе.

Обнуление дела: приставов не спросили

И тут внезапно в дело включается Котов — один из приставов, который оформлял арест. Вместе со службой судебных приставов они подают кассационную жалобу. Котов утверждает, что на домашний адрес никаких извещений о предстоящем суде не получал и ничего о нём не знал. А поскольку по закону компенсацию за незаконный арест газелей могут переложить на него, он имеет право высказаться.

Судьи начинают разбираться. Действительно, приставов извещали по месту работы, а не по домашним адресам. Но на момент начала боя Лукина с государством все трое приставов уже не работали в службе и об этом споре ничего не знали. Получается, приставов лишили права высказать свое мнение по поводу такой баснословной компенсации, которую, возможно, придётся выплачивать им. Решение отменяют и направляют дело на пересмотр с нуля.

А расчёты то неправильные

Лукин и государство снова встречаются в суде первой инстанции, как будто предыдущих судов не было. Лукин немного корректирует сумму упущенной выгоды и требует уже не 1 800 000 ₽, а 1 713 600 ₽. Но бывшие приставы снова забивают на дело — вместо них в суд ходят юристы от службы судебных приставов. Они говорят, что эксперт при подсчёте прибыли не учёл расходы Лукина на перевозку. 

Суд смотрит заключение эксперта уже более подробно и сомневается в нём. А ведь правда, эксперт посчитал потерянный доход, но не учёл расходы на перевозку. А по выписке со счёта Лукина видно, что на это у него уходило 250 000 ₽. Плюс за расчёт простоя взяли 714 дней, хотя сам Лукин говорил, что работал на газелях только по пять дней в неделю, а это всего 480 дней. Кроме того, выясняется, что у Лукина была ещё третья газель. Эксперты считали прибыль исходя их трёх машин, хотя в простое были только две.

Судьи сами считают упущенную выгоду, и у них получается всего 300 667 ₽. Расходы на эксперта тоже снижают до 4 141 ₽, потому что по закону их устанавливают пропорционально сумме иска. Эти суммы и присуждают Лукину. Такое решение не устраивает вообще всех — Лукин и служба судебных приставов подают каждый по апелляционной жалобе.

Судебные качели и окончательный вердикт

Судьи апелляционной инстанции смотрят дело и мотают головой. Эксперт посчитал прибыль, как если бы предприниматель сдавал газели в аренду. Но он их не сдавал, а ездил сам. Заключение эксперта можно выкинуть в мусорку. Идём дальше. У Лукина не было работников, он ездил на машинах сам. Как он мог зарабатывать одновременно на трёх газелях?

Решение отменяют, Лукину отказывают в деньгах полностью. Приставы выдыхают, а упорный Лукин подаёт кассационную жалобу. К этому моменту с начала спора прошло уже два года.

Судьи в кассации смотрят дело и дают по шапке судьям из апелляции. По закону в апелляции судьи не могут переоценивать доказательства. А тут именно так и поступили — переоценили заключение эксперта. Косяк судей спасает Лукина — решение апелляции отменяют и оставляют в силе решение про компенсацию в сумме 300 667 ₽ упущенной прибыли и 4 141 ₽ расходов на экспертов.

Лукин подаёт жалобу в Верховный суд, но там в пересмотре отказывают. Тогда он делает последний рывок и взыскивает со службы судебных приставов дополнительную компенсацию 32 000 ₽, которые он потратил на юриста.

Мы изменили фамилии участников этой истории

Жиза советует
Следить за выходом новых статей в телеграм-канале «Жизы»

Подписаться

На правах рекламы ООО «Эвотор»

Жиза советует