Истории

Как предприниматель заставил бывшего владельца ООО платить по долгам компании

Красноярскому предпринимателю задолжала фирма-контрагент. Взять с фирмы было нечего, а со временем она вообще перестала существовать, и долг повис в воздухе. Но предприниматель не сдался и захотел получить долг из личных денег владельца фирмы.

Фирму бросили с долгами

В 2015 году предприниматель Белов переводит ООО «Крокус» 1 275 000 ₽ аванса за поставку товаров. «Крокус» товар не привозит, но и аванс не возвращает. Белов пишет претензию, но тщетно. Тогда Белов подаёт на «Крокус» в суд, выигрывает и получает исполнительный лист на 1 859 000 ₽:

  • 1 275 000 ₽ аванс, 
  • 553 000 ₽ неустойка за срыв поставки оплаченного товара,  
  • 31 000 ₽ госпошлина за подачу иска в суд.

На все эти претензионные и судебные разбирательства уходит больше двух лет. Получив наконец в начале 2019 года исполнительный лист, Белов узнаёт, что налоговая за это время уже успела закрыть «Крокус» как неработающую фирму. Получается, фирмы больше нет, а долг есть.

Когда налоговая сама закрывает фирму

Налоговая закрывает юрлицо, если оно год не сдаёт отчёты и не проводит деньги по счетам или когда в помещении по юрадресу полгода никто не появляется. Так налоговая борется с фирмами-однодневками (ст. 21.1 Закона о регистрации юрлиц и ИП).

«Крокус» работал с 2012 года. Всю дорогу единственным владельцем и директором фирмы был Ольшанский. Это он контролировал деньги фирмы. Белов разбирается с юридической частью этой нелепой ситуации. Он узнаёт, что долг ООО может перейти на его владельца или директора как на физлицо, если фирму бросили с долгами. Это называется субсидиарной ответственностью.

Белов берёт в помощь юриста и подаёт на Ольшанского в суд, чтобы получить  свои законные 1 859 000 ₽ из его кармана.

Что за субсидиарная ответственность

По общему правилу ООО расплачивается только «фирменными» деньгами и имуществом, а деньги учредителя и директора от бизнеса отделены. Исключение — когда налоговая закрыла фирму как неработающую. Если в этом случае остался долг, который стал результатом недобросовестных или неразумных действий, то такой долг переходит на директора или владельца. Это происходит не автоматом: для привлечения владельца к субсидиарной ответственности кредитор должен обратиться в суд. И тут задача кредитора — доказать, что долг остался из-за злого умысла директора или владельца. А те в свою очередь могут доказать, что деньги в фирме кончились из-за ошибочных экономических решений. Мол, что поделаешь, бизнес это всегда риск (ч. 3.1 ст. 3 Закона об ООО).

Куда делись деньги фирмы?

Суд шлёт Ольшанскому повестки на домашний адрес, но письма возвращаются. Суды проходят без Ольшанского. Белов посылает на заседания своего юриста.

Позици Белова такая. У «Крокуса» был долг перед Беловым больше миллиона. Этот долг признал суд. «Крокусом» владел и руководил Ольшанский. Вместо того, чтобы разобраться с таким большим долгом, он бросил фирму и офис по юрадресу, а потом дождался, когда налоговая закроет её как однодневку. Ольшанский — недобросовестный владелец ООО, пусть он платит по долгам личными деньгами.

Юрист Белова просит суд потребовать у банка выписку по счёту «Крокуса». Банк присылает выписку, а там — просто бомба. Большую часть аванса Белова со счёта «Крокуса» перевели некой Ольшанской под видом возврата займа. Всем ясно, что Ольшанский просто вывел деньги из бизнеса. Суд обязывает его заплатить Белову 1 859 000 ₽ своими личными деньгами.

Надо было объявить фирму банкротом

Ольшанский получает решение суда и подаёт на апелляцию для отмены. Апелляционный суд смотрит дело снова. Но у Ольшанского только одно оправдание — дело рассмотрели без него. Белов же просит оставить решение как есть и ещё раз проговаривает: деньги в фирме кончились, потому что Ольшанский их вывел.

Суд снова встаёт на сторону Белова. Если фирме не хватает денег, чтобы расплатиться по долгам, надо банкротиться. Придёт специально обученный человек — арбитражный управляющий, распродаст остатки имущества и понемногу расплатится с кредиторами. Банкротство это конечно неприятно, зато честно. Ольшанский же не пошёл на банкротство, а умертвил фирму, чтобы её закрыла налоговая. Поэтому да, Ольшанский недобросовестный, пусть в рамках субсидиарной ответственности платит Белову. А повестки в суд отправляли по его адресу регистрации, не нужно было игнорировать письма из суда.

Ольшанский ещё раз обжалует решение в кассацию, но снова проигрывает.

Самобанкротство

Директор юрлица обязан подать в арбитражный суд заявление о банкротстве, если накопил долгов на общую сумму больше 300 000 ₽ и дольше трёх месяцев не может их погасить (ст. 9 Закона о банкротстве).

Мы изменили фамилии и название участников этого дела.

Опубликовали 7 декабря 2021 года

Что скажете?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваш комментарий

На ту же тему